Краткий курс истории одной квартиры
(Все возможные совпадения с реальными людьми и событиями - случайны и не могут быть использованы в качестве доказательств обвинения в суде)
- Здесь русский дух, здесь Русью пахнет ... - нельзя сказать теперь о нас; под толерантностью зачахнет и русский дух, и русский глас.
Была у лисы избушка ледяная, а у зайца -  лубяная
(Русская народная сказка)
Аллах акбар - воистину акбар!
Россия — пропавшая наша держава,
Россия — погибшая наша страна.
Могучая воля, великая слава —
Исчезли навеки, на все времена!

От южных морей до полярного края
Продали все наши леса и поля.
Одна ты на свете! Одна ты такая —
Забытая Богом родная земля!

Широкий простор для воров и бандитов
Грядущие им открывают года.
Им силу даёт президент и парламент
Так было, так есть и так будет всегда!

Вымрет, Отечество наше голодное,
Разных народов союз роковой.
Предков, забытая мудрость народная!
Гибни, страна! Мы простимся с тобой!
                        Н.Е. Михалков
Руководство к действию:
М ы  д о б р ы х  г р а ж д а н 
п о з а б а в и м
И  у  п о з о р н о г о  с т о л п а
К и ш к о й  п о с л е д н е г о   п о п а
П о с л е д н е г о  ц а р я  у д а в и м.
             А. С. Пушкин
Интроду́кция (от лат. introductio — «введение») — преднамеренное переселение определённых этнических групп за пределы естественного ареала в новые для него места обитания. Интродукция является процессом введения в сложившуюся на протяжении длительного времени социальную систему чуждого(!) ей социума.
  Интродуцированный, или чужеродный (!) этнос — некоренной, несвойственный для данной территории этнос, преднамеренно завезённый на новое место в результате политической деятельности кучки ренегатов, вскарабкавшихся на вершину власти.
  Интродуцированный этнос способен существенно изменить сложившуюся социальную систему региона и стать причиной значительного сокращения или даже вымирания коренных жителей. Такую интродукцию часто называют биологическим загрязнением.
  Инвазионный этнос — переселённый в результате деятельности группы ренегатов этнос, распространение которого угрожает сложившейся местной социальной системе. Первоначальная причина распространения — задуманная интродукция определённого этноса за пределы мест его естественного обитания, с целью вытеснения и уничтожения коренного населения.

Противопоставить интродукции и экспансии инвазионного этноса можно лишь:
ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ ИМПЕРАТИВ (territorial imperative) - склонность индивидуумов (групп индивидуумов) к защите своих территорий.
В большой коммунальной квартире, её обитателям жилось так себе - ни шатко, ни валко. Но,  по крайней  мере, у каждого была своя комната и встречались соседи только в местах общего пользования. Порой, эти встречи заканчивались дракой, а порой - всеобщей пьянкой и заверениями в вечной любви и дружбе. Старший по квартире порядок блюл и особых распрей не допускал. Да и было жильцам где укрыться от, порой, чрезмерно общительных соседей: у каждого была своя комната, где он мог жить так, как считал нужным, сообразно со своими привычками и устоявшимися традициями. Абдула держал уразу, Самуил блюл субботу, Иван напивался до бесчувствия на Пасху, Рождество и прочие православные праздники, прихватывая, порой и еврейский пейсах и мусульманскую уразу байрам. Перспективы разъехаться у жильцов не предвиделось. Да никто и не хотел менять status quo: запросы у них были скромные, а если кого-нибудь что-нибудь не устраивало,
  то старший по квартире быстренько объяснял нерадивому упрямцу, что всё хорошо, а в скором времени станет ещё лучше и, что стоит немного потерпеть и на терпеливые головы жильцов обязательно низвергнется манна небесная и наступит всеобщее равенство, братство и счастье. Перспектива стать равным старшему по квартире вдохновляла, и успокоенный жилец отправлялся в свою обитель предаваться мечтам о том, как ставши равным старквару, ох и набьёт же он ему морду. Время текло, всё оставалось на своих местах, особых потрясений не случалось. Старший был по-прежнему старшим, Иван продолжал отмечать все официальные и им самим придуманные праздники, напиваясь до потери сознания, но, правда, на работу ходил и даже что-то там производил. Но небольшие изменения, всё же наметились: старквар стал совсем стар и все ждали, когда же он, наконец перестанет шаркать по квартире в поисках вчерашнего дня и перецеловывать терпеливых жильцов. (В последнее время, как-то сама-собой образовалась странная традиция: при встрече и прощании вместо рукопожатия, старквар троекратно целовал жильцов взасос, невзирая на половую принадлежность целуемого). Всем было интересно, кто же встанет во главе похоронной процессии. Предполагалось, что возглавивший печальную церемонию и займёт освободившийся стул старшего по квартире.
Наконец - свершилось! Жильцы с почестями отправили старквара отчитываться перед Всевышним и с восторгом стали чествовать нового старквара - ведь без пастуха стадо хиреет, овцы не знают куда им идти, а бараны начинают бодаться без всякой видимой причины.
Новый старквар взялся за жильцов круто, вызвав у последних восторг и определённые надежды. Надежды были вызваны провозглашением войны с крысами и снижением цены на водку. Дело в том, что в последние годы управления квартирой старым старкваром, в ней развелось огромное количество крыс, которые уничтожали не только продовольственные запасы жильцов, но добрались даже до стратегического запаса хлопчатобумажного белья и туалетной бумаги. Ходили слухи, что отдельные особо голодные грызуны добрались даже до мебельных гарнитуров, сантехники, автомобилей и, на манер моли, до ковров и меховых изделий. Когда новый старквар глубже разобрался в ситуации, то к своему удивлению выяснил, что крысы в квартире сожрали, практически всё, не тронули только варёную колбасу и
пошехонский сыр, очевидно опасаясь за своё здоровье. Решив сократить популяцию вконец обнаглевших паразитов, старквар пошёл на крайние меры, вплоть до...! Но крысы, как известно, существа далеко не безобидные и в одиночку в их стаю лучше не соваться. Короче говоря, съели крысы нового старквара, съели и даже не поморщились. Расстроились жильцы: всё-таки без крыс жить куда, как сподручнее, да и дешёвая водка не помешала бы в хозяйстве - окна ею хорошо мыть, да и от клопов... .
  Пригорюнились жильцы. Вдруг из гардероба вылезает..., ой, простите, вдруг из дальней комнаты, что выходит окнами на юг, появился какой-то господин со странной кляксой на лысине:
- Я, - говорит, - теперь буду за старшего. Возражений нет? - Нет. Плюрализм и консенсус!
Все заахали:
- Ну надо же.., голова! И лысина спереди.., - от ума!
  Новый старквар целоваться не лез, но поговорить любил. С русским языком он, правда не дружил, но зато выучил несколько иностранных слов ( к нему в гости частенько захаживали подозрительные иностранцы) и перемежал ими свои пламенные речи на исковерканном русском. Это именно он ввёл в обиход новое ругательство - "демократия", которым подвыпивший Иван с удовольствием стал заменять самые витиеватые матерные выражения, когда ему случалось находиться в дамском обществе.
Поначалу, многие обитатели общей квартиры пришли в восторг от реформ, проводимых новым старкваром. Жильцы получили уникальную возможность проклинать на чём свет стоит историю своей квартиры и, не стесняясь, обсуждать животрепещущие половые вопросы. При прежних старкварах эти вопросы преступно замалчивались, вплоть до того ( представьте такое надругательство над плюрализмом), вплоть до того, что нельзя было по-хорошему, по-доброму, встретиться двум нетрадиционно сориентированным особям мужеска пола, и предаться столь естественному отправлению, как педерастия. Такой свободе мысли и действия особенно радовался один из жильцов, знавший почти все семь нот и подрабатывающий в соседнем ресторане вокальными извержениями, наивно принимаемыми нетрезвыми посетителями за высокохудожественное пение. Он считал себя эстетом и причислялся остальными обитателями квартиры к, так называемой, творческой элите.
  Но, постепенно, восторги сменились, сперва недоумением, а потом стал слышен недовольный ропот. Дело в том, что новый старквар посягнул на святое: он решил, что сможет превратить Ивана в закоренелого трезвенника, а чтобы и остальным жильцам было неповадно вкушать дары Бахуса, он, заботясь об их здоровье, лишил оных жильцов возможности закусывать ( а без закуски, сами понимаете, какая уж тут выпивка). Были введены диетталоны, используя которые, здоровенный детина (кровь с молоком, косая сажень в плечах) на своё несчастье проживавший в квартире, через небольшой промежуток времени, превратился в замученного доходягу, с трудом доносящего стакан до рта. Некоторые, менее подготовленные жильцы, правда не смогли пройти весь курс, предложенной старкваром диеты до конца и скончались сами, но.., на войне, как на войне - бывают раненые, бывают убитые. Зато Иван уже было почти совсем перестал отличать водку от керосина, а "Солнцедар" от скипидара.
Но, однажды, перемещаясь по обезлюдевшей квартире, в поисках чего-нибудь выпить-закусить, Иван забрёл в самый дальний её закуток и столкнулся там со странной компанией: каким-то иностранцем, напомнившим Ивану персонаж из фильмов про шпионов, двух братьев-близнецов, которых Иван знал, но никогда не общался, так как о них ходили разные нехорошие слухи: дескать, основной вид их деятельности - это грабёж средь бела дня и кражи соседского имущества под покровом ночи. Чуть поодаль находился ещё один деятель, с виду смахивающий на братьев, с таким же голодным огнём в глазах, но косящий под порядочного.
Его Иван признал сразу: это он, гадюка семибатюшная, ещё при прежних старкварах, на общем собрании жильцов, громче всех кричал, что, дескать надо затянуть пояса, не обращать внимание на временные трудности с продовольствием и товарами первой необходимости, и переплюнуть таки соседнюю квартиру, добившись звания " квартиры образцового содержания". А от самого за версту пёрло дорогим коньяком и жаренной осетриной.
Между ними болтался странный субъект: в костюме, при галстуке, но без портфеля, весь мокрый и вдрызг пьяный. Признав в Иване родственную душу, он бросился к нему и, дико перекосив опухшую физиономию, икнув, промычал:
- Надо больше демократии..., понимаешь!
При этом он взбрыкнул, пытаясь станцевать то ли краковяк, то ли летку-енку. Иван шарахнулся было в сторону, но его схватили братья-разбойники:
- Ты чё, братан, в натуре, против демократии!?
Памятуя о буйном нраве братьев, Иван замотал никогда не трезвеющей головой и воодушевлённо произнёс:
- Да, не.., я всей душой.., я завсегда..! Даёшь демократию!
- То-то же! - угрюмо прохрипели братья и Ивана отпустили.
- Погодите, господа, ну нельзя же так сразу, - вступил в разговор косящий под порядочного, - надо объяснить электорату, что, да как. Это ж народ, а с народом надо говорить по-особому, чтобы он понял, кто ему друг, а кто его обидеть хочет. Вот, к примеру, ты, Иван, ты хочешь, чтобы водку можно было купить в любое время суток? Иван, не веря такому счастью, изумлённо воззрился на произнёсшего заветные слова, косящего под порядочного:
- А то..!
- А хочешь ли ты, Иван, чтобы твоя комната была твоя?
Иван удивился:
- Так она и так моя?!
- Нет, ты меня не понял, - чтобы всё в комнате было твоим?!
- Так там и так всё моё!
Полупорядочный начал терять терпение:
- Экий ты Иван бестолковый, ты, наверное, всё-таки против демократии!
Тут в дискуссию снова вступили братья-разбойники:
- Ща мы ему объясним, волку позорному, ща мы ему...
- Не, мужики, я всё понял, я.., как скажете.., я завсегда...
Братья разъярились ещё больше
- Ты где тут мужиков увидел, тля!?
  Иван, слабо разбиравшийся в тюремной терминологии, оторопел и подумал: " - Да неужто они из этих.., как их там.., трансвеститы?!"
  И тут вмешался иностранец:
- Коншайте.., как это.., рьинок.., нет.., коншайте басар, тафайтэ телать тело!
Братья обрадовались:
- Ща сделаем!
И вплотную подступили к Ивану.
- Нэт, нэ нато тело, - поняв свою фонетическую ошибку, закричал иностранец ( по тому, как он кричал, Иван понял, что он здесь главный).
- Нато телат бизнес, бистро нато телать бизнес!
Иностранец оглянулся на полупорядочного:
- Скашитэ им!
Согласно кивнув, полупорядочный снова подступил к Ивану:
- Голубчик ( тут Иван оторопел и не на шутку испугался: он один, а их четверо, трансвеститов этих ( мордастого алкаша Иван в расчёт не принимал: тот, тупо улыбаясь, ушёл глубоко в себя и продолжал безуспешные попытки станцевать джиггу, не обращая внимания на происходящее), ему с ними никак не совладать, особенно после старкваровской диеты, могут и того.., это самое...!))
- Голубчик, вы меня не совсем поняли. Вы хотите, например, такую же иномарку, как у господ рэкетиров?
Тут братки засопели и, насупившись, стали надвигаться на полупорядочного с вполне определёнными намерениями.
Тот быстро поправился:
- Как у господ бизнесменов - надежды и оплота нашей квартиры.
Братки кивнули и смущённо заулыбались. Иван облегчённо вздохнул и, косясь на близнецов, нерешительно промямлил:
- Да, куда мне до них...
- Выше голову, Ваня. Если ты выберешь старкваром вот этого господина, - полупорядочный кивнул в сторону иностранца, - будет тебе и водка , и иномарка, и всё, что захочешь.
"Да они все предатели!" - ошарашенно подумал Иван, - " Ишь ты, чего выдумали, - иностранца в старквары!"
Заметив на лице Ивана откровенное недоверие и испуг, полупорядочный сообразил, что бестолковый электорат опять неправильно его понял.
- Я имею ввиду вот этот столп демократии, гордость нашей квартиры, господина Ёлкина.
С этими словами он обошёл иностранца и попытался разбудить мордастого алкоголика, который устав скакать по-козлиному, притулился в уголке за спиной иностранца и, пустив слюни, заснул, тихо посапывая и, время от времени подёргивая во сне ножкой.
- Ах, этого.., этого завсегда пожалуйста, этого можно!
И подумал про себя: " Насчёт иномарки.., ну её.., а вот водки - точно, будет хоть залейся.
© 2007 Аудиокниги бесплатно